Прошли

24 октября о 17:30

Группа "Пирятин" - святая инквизиция украинского шоу-бизнеса (18+)

О том, чем страна накроется, если президентом станет Буткевич, почему Семесюк много пишет в Фейсбуке, а другим нельзя, сколько они ругаются и пьют, узнайте из этого интервью

"Пирятин" – это не только песни, которые обожают и знают на память тысячи украинцев. Фронтмен Иван Семесюк время от времени пропалывает украинский шоу-бизнес на счет пророссийских предателей, а гитарист Богдан Буткевич мылит чуб СМИ и политикам, которые тоже в определенной степени являются представителями шоубиза.

О своем творчестве, будущее украинской эстрады и о том, в какую сторону развивается украинское общество Иван и Богдан рассказали во время онлайн-конференции Depo.ua.

- И первый вопрос у нас будет такой: "Что вас больше всего бесит в украинском шоу-бизнесе. По очереди пожалуйста. Что вы предлагаете сделать? Как с этим бороться"?

Иван Семесюк: Бесит все, фактически. Во первых потому что он не равномерный и нельзя сказать, где он начинается и где заканчивается. И кое – в чем вообще его украинскость, встает такой вопрос. Их много каких-то локальных шоу-бизнесов, которые часто не пересекаются, у них разное мировоззрение, они заточены на разные истории. Есть музыканты, которые работают исключительно на франкенштейна российской сцены, хотя они считаются украинскими исполнителями. Есть внутренний шоу-бизнес, он сложный, он часто жлобский, он такой неповоротливый. Из него сложно что-то надоить. Но его надо строить, чем мы и занимаемся потихоньку.

Богдан Буткевич: Абсолютно поддерживаю. Украинский шоу-бизнес только начинает появляться. То что у нас существовало до 2014 года – это был не украинский шоу-бизнес, это был маленький придаток русского, причем гадосный такой. А сейчас он только начинает появляться, у нас люди только начинают понимать, что можно ходить на украинских исполнителей. Оказывается, что они вообще есть, представьте себе. Даже на уровне людей, которые слушают в маршрутке... В принципе, им пофиг что слушать, но оказывается Олег Винник. "Вау!" Но есть и Пирятин (и он круче)

Иван Семесюк: Оказывается, есть и модный продукт, и андеграундный продукт, за который платят деньги на входе. Поднимают свою, извините за выражение, задницу, чтобы из Черкасс, из Винницы приехать в Киев на концерт какого-то украинского исполнителя. Ну за последние годы четыре бомбануло очень серьезно. Другое дело, что коммерческая составляющая очень проста и эти взаимоотношения только-только как-то налаживаются. Все эти ниши занимаются и фактически заново создаются. Просто куча порожняковых ниш, в которых никого нет. Хулиганская песня, разбойная - то чем мы занимаемся например, таких мало. Мало кто работает в жанре трэш-демонического кабаре, как "Хамерман Уничтожает Вирусы" например, или Dakh Daughters, но они это уже олимп андеграунда, поэтому все круто. В этом смысле. Хотя в то же время все не нравится. Ну, типа, как это все устроено.

Богдан Буткевич: Я добавлю, что очень хочется, чтобы украинцы научились понимать, что за все надо платить. Я не только о коммуналке, но и о музыке. Вы хотите нормальную музыку, нормальные СМИ, все равно что? Платите за это! Пока вы не будете платить за это, будет платить кто-то другой и именно он будет заказывать, каково это будет, а вы будете сидеть и говорить, что все гавно, все плохо.

Иван Семесюк: Но кроме того – много платить не надо. Массово надо платить: там 100 гривен, здесь 200 гривен и процесс идет, и культурка, так сказать, живет, и контркультура процветает, а цена вопроса – 200 гривен в месяц, грубо говоря. Пойти на концерт "Пирятина", 7 декабря в MonteRay на Прорезной 8.

Тададам!

- Читатель спрашивает, это наш первый вопрос...

Богдан Буткевич: Давайте какие-то матерные слова уже спрашивайте, что вы вот такие вопросы "А какие у вас творческие планы?"...

- Не перебивайте меня блядь. Поэтому, первый вопрос от читателя: "Признайтесь, у вас уже заготовлена песня на смерть Путина?"

Богдан Буткевич: Нет

Иван Семесюк: Можно я отвечу как сонграйтер? Нет. Дело в том, что вообще рефлексии на России - это уже невроз. Мы в копилку положили свою песню под названием "Арта", и честно говоря, обращаться ко всем этим чувакам и думать об этом не хочется. Вообще не хочется делать песни временные, которые понятны только вот сейчас. Хочется делать такую песню, которая и через 20 лет будет петься. Как такие хорошие олдскульные блюзы, или ирландский фольклор – его можно петь всегда, и двести лет назад и через двести. А Путин, что – ну сдохнет, похоронят его, отбросит свои раздвоенные копыта, на его могилу еще насрут, я думаю, неоднократно, ну и все. И мы, я вас уверяю, очень быстро о нем забудем. Так что эта страница очень скоро перевернется и надо делать нетленку. И плевать в вечность. Чем мы сейчас с "Пирятином" и займемся, потому что назревают новые синглы, клипы и вообще движуха.

Богдан Буткевич: Они сгущаются над украинскими слушателями.

Иван Семесюк: Так. С неба скоро упадет кирпич народного гнева.

- "В чем сенсорный жизни и в каком вине - истина?", - Спрашивает нас Елена в ночь с воскресенья на понедельник. Видимо в чем смысл жизни имелось в виду, не знаю. Но скажите что-то Елене, видимо она на этого ждет

Иван Семесюк: Экзистенция да, я вижу, поперла. Как там тот стишок был?

Богдан Буткевич: Руки в сале, жопа в мыле, ребята откуда...

Иван Семесюк. Нет, более пафосный. Я оптимист, живой и слава Богу/Полежу немного, поднимусь и в путь/Выебу ее, свою кривую дорогу/Без намерения понять ее суть.

Так вот. Это я написал.

Все дело в функции: рука, пять пальцев. Она хватает. Если она не будет хватать, в ней нет смысла. Она должна выполнять функции, она может их сама определять, или жизненные обстоятельства могут направлять. Просто надо работать и плыть как белая акула – пока она движется, она живет.

- А в каком вине истина?

Иван Семесюк: В пиве – такое вино есть.

А вы какое пиво любите?

Иван Семесюк: Я люблю физкультуру. Я люблю на турнике подтягиваться, на брусьях, планки делать. А пиво я люблю вонючее, самое дешевое за восемь гривен по акции "Оболонь" меня устраивает. Супер просто.

- Богдан, а вы?

Богдан Буткевич: Я пива вообще не пью. Я только что-то крепче.

Иван Семесюк: А я наоборот. Я вот тяжело переношу. Или если твой бренди знаменитый

Богдан Буткевич: Ну бренди нормос, да. Не будем его рекламировать пока что

- Вы сами варите бренди?

Богдан Буткевич: Да нет канешна, посмотрите на эти руки, какое бренди, вы что

- Эти руки ничего не варили

Богдан Буткевич (под смех Семесюка): Не варили

- Иван к вам после статьи на Karabas Live, Богданк вам после программы АМБ не поступали предложения или угрозы от коллег по СМИ, шоубизнесу, их продюсеров? У Лободы, например, очень строгая госпожа директор

Иван Семесюк: Нет. В том и трагедия этого шоу-бизнеса, дело в том, что они морозятся от диалога. Они делают вид, что ничего не происходит, что все хорошо. Их устраивала ситуация до 14-го года, условно жирных региональных лет. И они наоборот совершенно не хотят трогать это все дело. Поэтому морозятся. Ну а тем более кто я такой? Я просто, ну, поц из мыльного завода. А там же фигуры, ничего же себе, в классных красивых штанах. Продюсерские проекты на много денег, модные прически. Это другой мир и нас для них просто не существует. Другое дело, что на Karabas Live был конкретный наезд от продюсеров и этих вот, так сказать, вершителей поп-судеб. Там был скандал и вонь такая поднялась. Ну насколько до меня слухи доходят, и до сих пор между собой вся эта публика трет, потому что там есть люди с разной позицией, не только мудаки, но и арабески. Так шо, вот так вот.

Чем больше таких вот акцентов будет поставлено, тем больше эта ситуация начнет потихоньку разворачиваться в другую сторону. Но я просто от этого всего не завишу. Я бомж. У меня ничего нет. У меня есть ФЛП, я плачу налоги этому благословенному государству, делаю футболки с матом, плачу коммуналку. За что меня взять?

Богдан Буткевич: И славишь Леонида Кучму

Иван Семесюк: И Леонида Кучму славлю, да.

Богдан Буткевич: Ты внедряешь культ Леонида Кучмы

Иван Семесюк: Культик

Богдан Буткевич: Прогрессирующий культик

Иван Семесюк: Да. Управленческая такая шляхетская кучмодемократия

Богдан Буткевич: Иван сказал очень правильную штуку – все эти люди, большинство из них – тупые говноеды, которым просто пофиг, у них нет никаких принципов, у них ничего нет. Только желание продать как можно быстрее и дороже

Иван Семесюк: И как можно легче

Богдан Буткевич: Абсолютно

Иван Семесюк: А легко продать москалям. Они любят покупать все "укрАинское", потому что мир, пис, жвачка, все классно

Богдан Буткевич: Они же сосут на самом деле когда идти на серьезный конфликт. Все что они могут, это, как в случае с Семесюком, позвонить владельцам сайта, наехать на сайт, даже не на автора. АМБ – господи, да те гниды, некоторые из тех, о которых я говорил, приходят в комментарии. В личку напиши. Нет, оно сцыт, вы шо. Это же сцыкливые люди. Принципиальные люди... Даже я больше уважаю некоего Медведчука, потому что он враг открытый. Честно говорит: я ненавижу Украину, я ненавижу вас, вы уроды. Это можно понять. А это - суки просто, и все.

- Следующий вопрос от читателя: "Почему ваша группа называется как сыр?"

Иван Семесюк: Это сыр называется как черт те что, а наша группа называется как город с Магдебургским правом когда-то, город Пирятин – полковой казацкий город. Вы что – сыр, при чем здесь сыр? Там Магдебурия, там старинная крепостная церковь казацкая 17 века. Куры, гуси, навоз, велосипеди.

Так получилось. Просто у меня есть определенный пиетет к этой местности, я там был неоднократно, имел некогда отношение к одному поселку под Пирятином и просто я сначала придумал такой мем анекдотический "Упырятин". Это была такая шуточка просто. А потом я подумал: ну нафига эти стрессы, у нас же замечательное слово "Пирятин", у него такая фонетика, такая громогласность. И как говорил писатель Олег Шинкаренко: Надо мифологизировать маленькие локации в Украине, чтобы они становились частью масскультуры. Поэтому я написал книгу под названием "Кагарлык", поэтому группа "Пирятин" написала песню под названием "Яготин", "Тараща". Надо наполнять это пространство собственными демонами, чтобы это были наши черти в шкафах так сказать. Только поэтому. Но мы могли бы назвать это "Яготин" например. Как молоко. Или "Лохвицы"

Ну и плюс Левобережье и Центральная Украина, они в массовом мифе слабо проартикулированы. С этими мифами работает мало кто, а это же такое украинское море офигенное, и там сидят люди, у которых свои новые мифы, своя фонетика, с этим надо работать, для этих людей надо делать что-то. Мы и делаем.

- Следующий вопрос от читателя: "Господин Буткевич, что вы будете делать, если президентом Украины станет Илья Кива?

Богдан Буткевич: Придется идти в террористы

Иван Семесюк: А я стану Дмитрием Александровичем Корчинским

- Подождите, господин Семесюк, к вам там вторая половина вопроса: "Что вы будете делать, если президентом Украины станет Богдан Буткевич?"

Иван Семесюк: Я иммигрирую в Канаду, потому что этой стране пизда.

Богдан Буткевич: Нет, пизда тому чуваку, который это написал. Это Вова Мыленко из Запорожья, на тебе, сука (показывает средний палец на камеру).

Иван Семесюк: Если императором, то это уже другое дело, потому что император поднебесной Приднепровской империи, это уже функционально, это какие-то полномочия, шота можно решать. А если президентом, то будет вся эта передряга идиотская.

- Читатель спрашивает: "Когда вы писали свою шедеврально-бандеровскую песню "Арта" у вас были военные консультанты? Иначе откуда сколько жизненных сценариев? И что вас, какой-то конкретный случай на нее вдохновил?"

Иван Семесюк: Я скажу так, как центральноукраинский жлоб – это все же петлюровская песня, это немного другая такая мифологема, другая окраска. А консультанты – мы же ездили петь на восток. Правда не к артиллеристам, наши друзья – разведка. Ну вообще много друзей, которые там отвоевали, вернулись, есть что рассказать. Это живое общение, видение процессов изнутри есть у нас. Ну и плюс, что такое талант сонграйтера? Сонграйтер хороший может вообще ничего не вдуплять, но он может так написать, что все подумают, что он все прекрасно вдупляет и все видел. Поэтому это талантливый сонграйтер, как вот я, например. А есть такие что не могут и даже если он отвоевал, в окопах отсидел, а написал говнянную песню. Такое часто бывает. Я слежу за современным военным творчеством и там до сих пор запах Афгана, отета "Под Кандагаром, гробы-мужики...". Или, например, мне рассказывал поэт Полежака, которой ездил с поэмами, просто развлекать воинов, потому что им хочется не просто развлечения. Так нет, приезжает автобус просто каких-то старых идиотов с такими усами подковой, вылезают, песня-77 блин, и типа "А по Украине идут наши гробы". Наши пацаны сидят: "Гробы..." Ну вы шо, ебанулись, над ними и так пули летают. Им хочется просто развлечься, нормально отдохнуть. Поэтому надо делать такую хулиганскую историю, нам нужен такой Offspring, когда наш воин будет ехать в танке в таких наушниках и мочить моджахедов, грубо говоря. Чтобы была такая нормальная цивилизационная история. Pax Romana, а не индейцы с мотыгами в изоленте. Надо делать веселую хулиганскую песню, там где наши мочат других. И все.

- А следующий вопрос от читателя: "Как вам удается писать такие пространные тексты под такую ангельскую музыку?"

Иван Семесюк (под тихое хихиканье Буткевича): В каком-то смысле алкоголь, конечно

- Так вы же.... турничок

Иван Семесюк: Пока возраст позволяет держать баланс. Без алкоголя творить нереально на самом деле. Я люблю пойти выпить куда-то, потому что я люблю слушать истории. Я люблю впитывать какие-то мемы, и они вдохновляют. Ну и плюс я циник, потому что у меня есть какой-то жизненный опыт. Видел я и говно, и счастье. Поэтому и такие тексты. А музыку люблю такую веселую, хобитскую, мажорную. У нас вообще, мне кажется, не хватает на украинской сцене именно мажорной музыки в широком смысле слова. Но и в музыкальном тоже, все в миноре, нытье, пафос и в миноре часто написано. Надо делает мажорную музыку, такую, искрящуюся. И мы этим занимаемся.

- Но не унца-унца-унца...

Иван Семесюк: Нет, не унца. Этот балкано-цыганский синдром - это тоже отдельная история, и весь этот вечный ска-панк с медной секцией, при всем уважении к многим классным чувакам, с этим надо завязывать, потому что это уже такое старперство, что это уже напоминает ну просто какие-то похороны.

Богдан Буткевич: 50 лет, а он гич-гич гич-гич гич-гич

Иван Семесюк: Есть еще традиции мелодичные, они у нас не популярны, хотя на них построена рок-музыка часто, которые мы используем. Надо к первоисточникам идти, друзья мои.

Богдан Буткевич: Это у тебя прозвучало как у Поплавского

Иван Семесюк: Поплавский – это первоисточник жлоб-фокстрота. Мы же о музыке говорим а не про эту вибрацию сатаны. Жареного.

- Господин Богдан, вы ранее упоминали о Мыленко, и вот следующий вопрос подписан именно этой фамилией. "Появление такого неоднозначно персонажа, как Буткевич, в "Пирятине" (который, мягко говоря, не совсем вписывается в стилистику группы, в частности, своей профессией и т. др.), возможно, оттолкнет какую-то часть поклонников".

Богдан Буткевич: Я надеюсь, что его оттолкнет. Можно факи тыкать?

- Подождите, я дочитаю: "Не боитесь этого? То есть - являются ли возможные риски этого приглашения оправданными, по вашему мнению?" Я даже не знаю к кому это в первую очередь, к Ивану, или к Богдану?

Иван Семесюк: Я могу ответить. Дело в том, что мы делаем сначала музыку, а потом концертное шоу. Нас надо слушать. А Буткевич – охрененный гитарист. Во-вторых у него есть сценическая харизма, достаточно пирятинская, хобитская такая, хорошая, свекольная. А оттолкнет кого-то – подтолкнет кого-то другого. Мы готовы к изменениям, в том числе в составе, это у нас уже третий гитарист, потому что далеко не каждый подходит, все не так то просто. Это может быть классный музыкант, но скажем, какой-то нужной нам вибрации нет.

- А как вообще на критику реагируете?

Иван Семесюк: Кроме того я хотел сказать, что нас таким образом проклял Господь.

- Буткевичем проклял?

Иван Семесюк: Да, конечно.

Богдан Буткевич: Я же рыжий.

- Сколько уже людей проклял Господь Буткевичем. Сколько программ вы ведете

Богдан Буткевич: Сколько вас еще осталось, гадюки. Работать и работать еще сколько!

Иван Семесюк: Делать и делать. В "Пирятине" не работают, а делают, запомни.

- Вопрос от читателя, не от Мыленко: "Вот насчет песни "Жизнь идет": Иван, а не кажется ли вам, что вы и сами сверххуя пиздите в фейбсуках, нет?"

Иван Семесюк: Да, я пизжу очень много, но дело в том, что в отличие от многих пиздунов я на этом косвенно зарабатываю деньги. Я попиздел, а потом чуваки, которые повелись на это, взяли и футболки у меня купили. Это моя профессия, вот в чем дело. А просто всю ночь мандеть в конвульсиях – это не профессия

Богдан Буткевич: Это призвание

Иван Семесюк: Это призвание и невроз.

Мы не монстры медийки какой-то такой стихийной, народной, поэтому нам можно. У нас другого выхода нет. На работу я не хожу, а мне чтобы продать свое говно надо базарить. Короче, это целая схема

- Вопрос от читательницы: "Полезла слушать ваши песни, а там одни матерные слова. Как те Хамерман, противно слушать. Зачем столько мата, разве вам перед детьми не стыдно?"

Иван Семесюк: Не одни, а по три-четыре на песню!

Это мы здесь затронули стратегическую тему так называемых украинских сакралопитеков украинских. Они видят кусок говна например, хватают, и оно сакрализуется сразу, превращается в бронзовый портрет Тараса Григорьевича. С усами. В пиджаке.

Дело в том, что культура, в том числе высокая, она полноценная только тогда, когда она излучает еще и контркультуру, а контркультура соответственно дает ей тоже этот гумус. Если нет контркультуры, нет мата, нет этого днища, низовой культуры, высокая культура не эффективна, она не справляется со всеми задачами. И это значит, что стране пизда, вот что я хотел сказать.

- Ну то есть из песни слов не выкинешь, это не какая-то особая смысловая нагрузка, это просто....

Иван Семесюк: Это не самоцель, это инструмент. Мы работаем с реальностью, с новым фольклором, современная культура низовая – ее нельзя представить без мата, а именно в этой плоскости мы находимся. если ты хочешь донести правду, как говорил Пелевин, если вдруг Будда приедет на Россию проповедовать дхарму, без мата он просто не сможет этого сделать, он не пробьется. Поэтому буддизм в современном, европейском контексте надо проповедовать с матом, иначе просто не пройдет

Богдан Буткевич: Я хочу добавить, что Семесюк – это человек, который является огромным антропологом, он себя сам так называет.

Иван Семесюк: Карманным

Богдан Буткевич: Если без шуток, мало того, что он художник очень крутой, он может ездить в метро, в маршрутках, ходить мимо людей, смотреть на людское море, которое обычно никто из нас не видит, сканирует и выдает пьесы.

И вы видели этих мудаков из яготинской маршрутки, которые не матерятся? Нет, давайте мы опять сейчас будем хор имени Веревки распространять, и так далее, супер, давайте мы будем петь ангельскими голосами стишки и надеяться, что это услышат десять бабушек, которые придут на концерт в консерваторию. Классно.

Иван Семесюк: Плюс, есть запрос на искренность. И на откровенность. Без этого дела точно не будет. Мы не можем вычеркнуть значительную часть реальности, в которой мы находимся.

- В жизни много ругаетесь?

Иван Семесюк: Употребляем обсценную лексику. Да, регулярно, я даже на своей радиопрограмме "Эволюция или смерть" - это единственная радиопрограмма где можно материться и бухать.

Матерюсь, но по делу

- А вы Богдан?

Богдан Буткевич: Да у меня вообще, знаете, моральная травма: когда ты ведешь сатирическое шоу на телевидении, как там без мата? У меня уже есть предупреждение от Нацсовета, потому что я постоянно бля-бля. Трудно, трудно без мата в нашей замечательной богоспасаемой стране

- Вопрос от читателя: "Если бы у вас была своя маршрутка, какая бы музыка там играла?"

Богдан Буткевич: Это намек на то, что тебе надо бизнес открывать

Иван Семесюк: Отвечай

Богдан Буткевич: Да хер его знает, простите. "Пирятин" бы играл. Это была бы просто маршрутка "Киев-"(У)Пирятин"

Иван Семесюк: Богдан попал в ментальную ловушку, вообще идея о том, что в маршрутке должна звучать музыка, она тошнибельная просто сама по себе. Маршрутка не создана для этого, для этого есть наушники с плеером. Водитель должен молчать и вести. И улыбаться. И хорошо выглядеть. Никакой музыки быть не должно, должен быть некто, кто скажет: "Следующая остановка – Лохвица".

- Что у вас в наушниках, когда вы в дороге?

Иван Семесюк: Поскольку я последнее время много езжу на велосипеде, я слушаю олдскульный Drum 'n' Bass. И рrogressive.

Дома слушаю на хороших колонках много барочной музыки, ренессанса.

- Ренессанса – возрождения, или ренессанса украинской музыки?

Нет, просто академической музыки аll time, старинной европейской. Я слушаю такую музыку для себя, для души. Готические хоралы.

- А потом вы садитесь и пишете: "Нет денег – иди в пизду"?

Иван Семесюк: Именно так, дело в том, что я вдохновляюсь некоторым мелодическим материалом. Там можно некоторые мелодичные фразы заимствовать, перерабатывать и на их основе создавать какие-то блоки музыкальные. Там бездонная пропасть материала, с которым можно работать, вдохновляться, именно в плане мелодии. Потому что преимущественно мелодичный материал тоже я приношу в коллектив, а это же я сижу, и это все у меня в голове компилируется. Так бывает слушаешь начало французской песенки 15 века, она крутится в голове, потом раз – придумал свой кусочек. А потом послушал что-то другое, а там тоже. И так оно компилируется в совершенно новый продукт.

Так что вот из такого цветника вот такая вот ядовитая паскуда выросла как "Пирятин".

Богдан Буткевич: Сорняк

Иван Семесюк: Сырняк

- А что вы Богдан слушаете?

Богдан Буткевич: Очень многое. Сейчас переслушиваю New Wave, мне стало интересно. Я вижу, что это снова стало очень модным на Западе. Я вообще британскую музыку очень люблю и сейчас переслушиваю этот пласт 80-84

Иван Семесюк: Но я забыл добавить, поскольку я сейчас веду авторскую программу "Трансатлантик" на радио, где я рассказываю о непопулярной у нас, но очень важной музыке: кантри, вluegrass и вообще атлантических традициях, и я сейчас слушаю много олдскульного кантри, олдскульного блюграса и старой ирландской музыки. Я для себя ее как бы заново открываю. Раньше я ее очень много слушал и на этой почве решил запустить просветительскую программу, чтобы люди просто знали, что есть шикарные музыкальные явления, без которых современная музыка, в том числе - американская современная поп-сцена не была бы такой, как она есть.

- Богдан, такой вопрос, я не знаю кто, подписано "Аноним"...

Иван Семесюк (с хохотом): Я его знаю!

- Вопрос: "Богдан, а вы являетесь бойфрендом Тани Микитюк из рагулей? Видимо, имеется в виду Татьяна Микитенко"

Богдан Буткевич: Во-первых – Микитенко. Конешно, мы с ней уже женаты три раза, трижды расстались, сегодня еще раз в ЗАГС пойдем, что вы думаете. Все через постель, по-нормальному работать нельзя

- Только?

Богдан Буткевич: Конечно, это же шоу-бизнес, господи! Скажи Семесюк – все же через постель?

- Вы тоже так в группу попали, господин Буткевич?

Богдан Буткевич: Не совсем. Там был немножко более сложный путь, который мы вам не расскажем.

Иван Семесюк: Через синьку

Богдан Буткевич: Да синька, все по синьке, как всегда

Иван Семесюк: Нет, на самом деле, наш прекрасный гитарист Максим ушел в свободное творческое плавание по ряду обстоятельств. Я выложил обьяву, мол, ищем гитариста. И на меня прямо из монитора вывалился пан Богдан Буткевич

Богдан Буткевич: А я был с бодуна

Иван Семесюк: Первое же прослушивание и мы его записали в ряды зондер-команды нашей, потому что редкое явление – гитарист, который шарит в кантри-музыке.

- И последний на это время вопрос от читателя: "В своей песне "Жизнь идет" вы изобразили типичного рагуля-украинца. Но когда слушаешь песню, почему-то становится с одной стороны очень неприятно за всю нацию. Неужели современные украинцы для вас в большинстве такие рагули???"

Иван Семесюк: Когда мы говорим такие слова обобщающие "украинцы", хочется сразу уточняющий вопрос задать: какие конкретно украинцы? Это была речь про конкретную породу украинцев, которые только и делают, что мондят, пиздят и дрочат, простите, на измену, и ничего при этом не делают. И таких полно, вы сами это знаете. Очень много людей, которые находятся в состоянии такого отрицалова реальности. А есть прекрасные украинцы, которые суперпрогрессивные, которые строят с нуля в очень сложных, почти горных условиях новую параллельную, прагматическую, эффективную реальность. Это песня была не про нацию, а про украинца в вакууме, руканожку, суриката сумасшедшего, от которого толку никакого. И таких, кстати, очень много. До сих пор. К сожалению.

- Что-то добавите, Богдан?

Богдан Буткевич: Так а что я могу добавить? Во первых, я тогда в группе не был, а во вторых, я вообще считаю, что для того, чтобы Украина стала нормальным государством, надо процентов 99 из того, что у нас сейчас считается признаком украинцев отбросить так далеко, чтобы забыть, что они когда-то существовали.

Иван Семесюк: Многое.

Богдан Буткевич: Очень многое, поверьте. То, что сейчас есть, это это ужасно забитое постколониальное государство, где есть маленькая кучка людей, небольшая совсем, пару десятков тысяч буквально, которые считают, что у них есть новейшая украинская культура

Иван Семесюк: И это бешено эффективные люди

Богдан Буткевич: Да, они эффективны, но есть необъятное море людей, о которых песня Ивана, и поверьте мне, до них очень трудно достучаться, большинство из них вообще ничего в жизни не интересует кроме выживания в лучшем случае. Песни о них.

Можно сидеть и читать классиков и дрочить на великий украинский народ, но извините пожалуйста, современный украинский народ - это очень печальное во многом зрелище, к сожалению, как это ни обидно. Я напомню, что на Майдан выходило от силы до 4% процентов населения по всей стране. В войне принимает участие до 10%. Что остальные делают в это время? Чем они занимаются? Они смотрят, сука, блядских экстрасенсов на СТБ.

Иван Семесюк: И с другой стороны, это и самокритика в том числе. Мы же не причисляем себя к каким-то там суперэлитам. Мы обычная свекла, жлобы и черт те что непонятное. Мы и сами на себя рефлексируем, потому что все эти недостатки и пороки, которые мы видим каждый день, они есть в нас, и во мне, и я их борю каждый день. И приходится конструировать себя, потому что все эти какие-то комплексы, детские травмы из совка, они во мне тоже сидят. Просто я, как фанат слова "эффективность", постоянно работаю с этим. Я точно такой же вонючий козел. Просто мне это не нравится.

Поставити питання:

Больше новостей о событиях в мире читайте на Depo.Онлайн

Все новости на одном канале в Google News

Следите за новостями в Телеграм

Подписывайтесь на нашу страницу Facebook

data-matched-content-rows-num=1 data-matched-content-columns-num=4 data-matched-content-ui-type="image_stacked"